Фотографировать начала в 1995 году, когда в доме появилась «мыльница» Olimpus, а в Москве на каждом углу — фотолаборатории Kodak.

Раньше — как-то не складывалось. Черно-белая фотография… Восхищаюсь чужим мастерством в этой области, но сама предпочитаю работать с цветом. Требуются поистине титанические усилия, чтобы заставить себя видеть мир в формате «grayscale». Конечно, и в «докодаковскую» эру были цветные слайды, но…

Летом 1996 г. Olimpus с тремя цветными пленками поехал со мной в поход по Кандалакшским тундрам. С тех пор ни в одном походе, поездке или командировке без фотоаппарата не обхожусь.

Первоначально фотоаппарат был просто заменой блокнота для зарисовок. В спортивном турпоходе рисовать, писать акварелью — почти невозможно. Ты либо идешь по маршруту, либо ставишь палатки, либо готовишь еду, либо ешь, либо спишь. Тратить время отдыха на рисование — чревато: очень быстро накапливается усталость. Опять же, минимальный набор для акварельной живописи весит полтора — два килограмма. В походе это существенно.

Могу помечтать, конечно: основной костяк группы — художники, а весь поход — форма выезда на этюды. В этом случае и график планируется так, чтобы все имели возможность поработать, и «лишний» вес в рюкзаках есть у всех. Но мне в такие походы попадать не доводилось. А ребята, с которой я ходила, даже «мыльницу» грозили отобрать и разбить, если буду тормозить группу (в каждой шутке — доля шутки).

Короче, на первом этапе фотография оказалась для меня наиболее доступным, быстрым средством фиксации увиденного — которое по возвращении переводилось в живописный формат.

Однако, досада брала: некоторые фотографии могли иметь самостоятельную художественную ценность — кабы не низкий технический уровень. Хотелось подкрепить практику теорией. В 1998 году записалась на курсы фотомастерства (фотограф Владимир Сошников). Узнала много нового и интересного про выдержку, диафрагму, чувствительность пленки и прочие подобные вещи. Благодаря узнанному, приручила, наконец, «Зенит». И снова столкнулась с проблемой лишнего веса: зеркальная камера со сменными объективами и прибамбасами для макросъемки весит все те же окаянные полтора — два килограмма…

Среди моих друзей (не художников и не фотографов) много раз возникали ожесточенные споры: способна ли фотография вытеснить живопись. Сейчас в моих руках — оба способа запечатления реальности, и ни одному не могу отдать явного предпочтения.

Живопись, даже самая реалистическая, требует от зрителя гораздо больше труда. Я имею в виду ту работу по «распознаванию образов», которая с трудом дается компьютеру. Больше труда — больше свободы. В одной и той же картине кто-то увидит ясный полдень, кто-то — сумерки. Оттепель или мороз. Тоску или радость. Меня всегда безумно увлекает эта интрига.

Фография в плане восприятия проще и однозначнее: документальнее. Поэтому допускает показывать вещи, которые на картине вызвали бы однозначную реакцию: «Так не бывает!» Или просто не опознались: как причудливый мир «макро».

Что же заставляет меня снова и снова хвататься то за кисточку, то за фотоаппарат? Восхищение красотой природы: переменчивой, мимолетной — и вечной. Всем нам есть чему поучиться у ее Творца.

Еще — тревога о том, что слишком многие не умеют и не хотят воспринимать красоту, если она не вставлена в рамку. Некоторые, особо «продвинутые» — и в рамке видят только испачканную бумагу. А ведь если приглядеться — даже в грязных сугробах тающего весеннего снега можно разглядеть прекрасные инопланетные горы…

P.S.: Фото на этой странице очень старые. Как сделала в 2003, так всё с тех пор и лежит. Хочу создать механизм быстрого управления галереями для своего сайта. Но пока задача мне не по зубам — выкладываю новинки на фотохостинге: holina.flamber.ru/photos/albums